Нежелание употреблять в пищу насекомых, характерное для западной культуры, имеет глубокие экологические и генетические причины, сложившиеся за тысячелетия. К такому выводу пришли учёные из Института эволюционной биологии в Испании, чьё исследование опубликовано в журнале Science Advances.
Специалисты проанализировали ДНК, сохранившуюся в образцах зубного камня 745 древних людей и неандертальцев возрастом до 33 тыс. лет. Зубной камень может содержать генетический материал пищи, которая входила в постоянный рацион.
Анализ показал, что предки современных жителей Евразии, жившие в северных широтах, не ели насекомых регулярно – скорее всего, это происходило случайно. У этих популяций гены, отвечающие за выработку ферментов для переваривания хитина (основы экзоскелета насекомых), имеют мутации, снижающие их активность. Эта генетическая особенность закрепилась около 9 тыс. лет назад, с началом развития сельского хозяйства.
Совершенно иная картина наблюдалась у неандертальцев. В их зубном камне ДНК насекомых обнаружили в значительно больших количествах, сопоставимых с показателями современных шимпанзе, которые дополняют свой рацион насекомыми. Чаще всего встречались следы двукрылых, в частности мух и комаров. Это может говорить о том, что неандертальцы питались падалью с личинками или хранили туши в болотистой местности. Их гены также указывают на более эффективное усвоение такой пищи.
В то же время у жителей тропических регионов, как древних, так и современных, варианты генов, способствующие перевариванию хитина, встречаются чаще. По мнению авторов, это связано с тем, что в тропиках крупные социальные насекомые, такие как термиты или саранча, доступны круглый год и являются стабильным источником калорий.
Таким образом, по мере расселения людей в северные широты, где насекомых было меньше, они постепенно исчезли из рациона. В результате организм утратил способность эффективно их переваривать. Современные промышленные технологии, однако, позволяют обойти это ограничение за счёт переработки сырья и могут вернуть насекомых в пищевую цепочку человека.
