Международная группа палеонтологов описала новый вид вымершего карликового кашалота Scaphokogia huachafo, который обитал в позднем миоцене – от 6,3 до 5,6 миллиона лет назад. Кит достигал около 2,7 метра в длину, а его череп оказался перекошен настолько сильно, что поначалу исследователи решили, будто кости сдавило уже после гибели животного. Однако новый анализ показал, что череп был таким при жизни кита. Лицевые кости у него сдвинулись сильнее, чем у любого другого известного кита или дельфина и, возможно, вообще среди всех млекопитающих.

У современных кашалотов и других зубатых китов череп тоже несимметричен – так в голове размещаются жировые органы, которые помогают издавать звуки и ориентироваться с помощью эхолокации. Но у Scaphokogia huachafo перекос не ограничился областью вокруг дыхала. Как объяснил ведущий автор работы Альдо Бенитес-Паломино, сейчас преподающий в Университете Эрлангена – Нюрнберга, обе костные ноздри у этого кита целиком сдвинуты влево, а лицевые кости резко различаются по размеру и положению. Кроме того, у животного было крупное трубкообразное рыло, загнутое вниз. За столь вычурную внешность виду дали имя «huachafo» – в перуанском варианте испанского языка так называют всё чрезмерное, броское и гротескное.
Окаменелость нашли ещё в середине 1990-х годов на юге Перу в формации Писко – пустынном районе, где хорошо сохранились останки древних морских животных. Бенитес-Паломино впервые увидел череп в 2015 году в Музее естественной истории в Лиме, когда готовил бакалаврскую работу, а позже детально изучил образец в докторантуре Цюрихского университета. В первую очередь учёные проверили, не сплющили ли череп осадочные породы за миллионы лет под землёй. Выяснилось, что все костные швы на окаменелости полностью закрыты, а переломов, патологий или следов смятия на ней нет. Это доказывает, что экстремальная асимметрия была нормой для вида, а не следствием болезни или плохой сохранности.
Необычное строение головы помогло понять, как охотился древний кит. В отличие от современных кашалотов, которые ныряют за кальмарами на большую глубину, Scaphokogia huachafo кормился у дна на прибрежном мелководье. Массивное рыло из плотной кости и окостеневшего хряща служило природным балластом и смещало центр тяжести вперёд и вниз. Морда была наклонена под углом 31 градус к остальному черепу, а подвижный сустав, соединявший голову с первым шейным позвонком (атлантом), позволял киту сгибать шею вниз ещё сильнее – до 55 градусов. По словам соавтора исследования Габриэля Агирре-Фернандеса из Цюрихского университета, плотные кости, изогнутое рыло и гибкая шея позволяли животному плыть вплотную к грунту и направлять морду прямо в донный осадок.
При этом у Scaphokogia не было ни чувствительных усов-вибрисс, ни особого зрения, которые помогают другим донным морским млекопитающим находить еду у грунта. Учёные полагают, что кит заменял их развитой эхолокацией – именно под сложную акустическую систему и перестроился его асимметричный череп. С помощью биологического сонара животное могло выслеживать добычу, скрытую в мягком прибрежном осадке. Подобный образ жизни оказался уникальным и сегодня среди морских млекопитающих не встречается: когда в конце миоцена условия в океане изменились, эта экологическая ниша исчезла, и её место заняли современные сообщества китов и дельфинов.